Zur-bazar.ru

Zur-bazar.ru - гневливый проект

Дзэн

Дзэн, дзен[1] (от яп. ; санскр. ध्यान дхья́на, кит. чань, кор. сŏн) — одна из важнейших школ китайского и всего восточно-азиатского буддизма[2][3], сформировавшаяся в Китае под большим влиянием даосизма[4] и являющаяся доминирующей монашеской формой буддизма Махаяны в Китае, Вьетнаме и Корее[3]. В широком смысле дзэн — это школа мистического созерцания[5] или учение о просветлении, появившееся на основе буддийского мистицизма[6]. В более узком смысле дзэн иногда рассматривается как одна из влиятельных школ буддизма в Японии[7], имеющая свою национальную специфику[8] и пришедшая из Китая в конце XII века[7].

Учение дзэн пришло из Индии в Китай, куда его принёс Бодхидхарма, и получило дальнейшее распространение на Дальнем Востоке (Китай, Вьетнам, Корея, Япония). Традиции китайского чань, японского дзэн, вьетнамского тхиен и корейского сон развивались во многом самостоятельно и сейчас, сохраняя единую сущность, приобрели свои характерные черты в учении и стиле практики[9]. Японский дзэн представлен несколькими школами: Риндзай, Обаку, Фукэ и Сото. Японскому дзэн принадлежит около 20 % буддийских храмов в Японии[3].

Содержание

Лингвистика

Этимология

Энсо — символ дзэн-буддизма.

Из всех названий этого направления буддизма наиболее широкую известность на Западе получило его японское наименование «дзэн»[10]. Этимология этого слова восходит своими корнями к санскритско-палийскому термину «дхьяна/джхана»[11] (санскр. ध्यान, dhyāna IAST, от ध्या, dhyā IAST[12]), означающему «глубокое сосредоточение»[13], медитацию, созерцание[14] (в ранних работах школу дзэн называют школой созерцания)[15], а также отстранённость или избавление[16]. Произношение этого слова претерпело трансформацию в китайском языке в «чань»[14], во вьетнамском в «тхиен»[17], в корейском языке в «сон»[17], а затем, распространившись в Японии, в «дзэн»[18].

Научное (официальное) название дзэнской традиции — Сердце Будды (Буддха-хридайя)[19]. Сердце Будды соответствует буддийскому понятию махакаруны, означающему любовь[20] и великое сострадание[21].

Склонение

Согласно Толково-словообразовательному словарю русского языка кандидата филологических наук Т. Ф. Ефремовой, слово «дзэн» не склоняется[22]. Такой же позиции придерживается в своём словаре буддийских понятий доктор философских наук и буддолог Е. А. Торчинов[23].

Согласно Большому толковому словарю под редакцией доктора филологических наук С. А. Кузнецова и Орфографическому словарю доктора филологических наук В. В. Лопатина, «дзен» склоняется[24].

Согласно Комплексному нормативному словарю современного русского языка, подготовленного Министерством образования и науки РФ и Межведомственной комиссией по русскому языку[25], «дзэн» может как не склоняться (основная форма слова, использованная в словаре и в данной статье), так и склоняться[26].

История

Индийские истоки дзэн

Лотос — символ Будды[27].

Духовная передача традиции дзэн восходит к Будде Шакьямуни, поэтому в традиции он считается первым индийским патриархом. Вторым патриархом считается Махакашьяпа[28], которому Будда передал состояние пробуждения в цветке лотоса[29] без каких-либо слов и текстов, тем самым основав традицию дзэн в форме прямой передачи учения «от сердца к сердцу»[30].

Однажды Будда стоял перед собранием народа на Пике Грифов. Все люди ждали, когда он начнет учить дхарме, но Будда молчал. Прошло уже довольно много времени, а он ещё не вымолвил ни единого слова, в руке его был цветок. Глаза всех людей в толпе были обращены к нему, но никто так ничего и не понял. Потом один монах посмотрел на Будду сияющими глазами и улыбнулся. И Будда сказал: «У меня есть сокровище видения совершенной Дхармы, волшебный дух нирваны, свободной от нечистоты реальности, и я передал это сокровище Махакашьяпе». Этим улыбающимся монахом оказался как раз Махакашьяпа, один из великих учеников Будды. (…) Махакашьяпа пробудился благодаря цветку и своему глубокому восприятию.

Тит Нат Хан[31]

Чань-буддизм

Принято считать, что свое распространение дзэн получил в Китае в V веке н. э. Принёсшим это учение Будды в Китай считается индийский буддийский монах Бодхидхарма (в китайской традиции — Путидамо или просто Дамо, в японской — Дарума[32]), часто называемый преемником 27 индийских патриархов буддизма, ставший впоследствии первым патриархом чань в Китае. Бодхидхарма обосновался в монастыре Шаолинь, считающемся в наши дни колыбелью китайского чань-буддизма.

После Бодхидхармы в Китае было ещё пять общих патриархов, а затем учение раскололось на северную и южную школу. Вторая впоследствии получила своё развитие и трансформировалась в пять школ дзэн, из которых в настоящее время сохранилось только две: Цаодун и Линьцзи. В настоящее время, пережив ряд трудностей, направление чань является самым влиятельным направлением китайского буддизма и стремится распространиться по всему миру.

Дзэн во Вьетнаме

Тхиенский монастырь Трук Лам («Бамбуковая Роща») во Вьетнаме.

В конце VI века во Вьетнам прибыл Винитаручи, ученик Сэн-цаня, и основал первую школу тхиен. Дальнейшее развитие вьетнамского тхиен связывают со школой Во Нгон Тхонга, бывшего учеником Хуай-хая, и школой Тхао Дьюнга. Последняя школа была основана императором Ли Тхань Тонгом. Чуть ранее, в 968 году, тхиен стал государственной идеологией Вьетнама и в дальнейшем сыграл важную роль в его истории. Позднее во Вьетнаме появилась школа Чуклам, основанная императором Чан Нян-тонгом и не имевшая аналогов в Китае, школа Нгуен Тхиеу, близкая к школе Обаку, и школа Лиеу Куана, близкая к школе Линьцзи.

В 30-х годах XX века в стране активизировалось движение за возрождение вьетнамского буддизма и уже к началу 70-х годов во Вьетнаме велось строительство множества пагод. В настоящее время среди приблизительно 60 миллионов вьетнамцев около трети населения являются последователями Махаяны[33]. Из всех школ Махаяны в настоящее время в стране наиболее влиятельными наряду со школами Буддизма Чистой Земли считаются тхиенские школы и, в особенности, школа Ламте (Линьцзи)[34].

Дзэн в Корее

Дзэн (сон (польск.)русск.) пришёл в Корею ещё в VII веке, но получил там распространение только к середине IX века[35]. В период с 828 по 931 год в стране возникло 9 школ дзэн, получивших название «девяти гор». Этими девятью школами стали школы Сильсансан, Тоннисан, Каджисан, Чакульсан, Сонджусан, Саджасан, Свэянсан, Поннимсан и Сумисан[36], которые в дальнейшем приняли имя Чоге по имени горы в Китае, на которой жил Хуэйнэн (638—713), являвшийся шестым патриархом дзэн[37]. В более поздний период Корё сон стал более характерен для Кореи. Соперничая с «каноническими» буддийскими школами, сон постепенно набирал популярность[35]. Сон стал главной буддийской школой в Корее к XIII веку, а два века спустя ещё более упрочил своё положение среди других школ буддизма[38].

Однако во время династии Чосон (1392—1910), которая симпатизировала неоконфуцианству, буддизм утратил в Корее свою главенствующую роль. Монахам был предъявлен ряд жестких ограничений, а число монастырей значительно сократилось[39].

Возрождение корейского буддизма началось в 60-х годах XX века. Одной из главных причин возрождения стал приход к власти Пак Чонхи, бывшего последователем буддийской традиции, в отличие от большей части прежних христианских политиков. Если в начале 60-х годов доля буддистов среди населения Кореи составляла 2—3 %, то к концу 70-х годов она увеличилась до 40 %[36].

Одним из известнейших корейских сон-мастеров XX века был Кусан Сыним (1908—1983). В юности он обучался в местной Конфуцианской академии, а после получения образования следующие 14 лет был парикмахером. В 26 лет он тяжело заболел болезнью, не поддававшейся лечению. Он отправился в горы и начал там стодневный ретрит, который заключался в пении мантры Авалокитешвары «Ом мани падме хум». После данного ретрита, по его словам, он стал полностью здоров. Через три года он пришёл в монастырь Сонгва Са и получил там наставления в практике от Хебон Сынима (1888—1966)[40]. Вместо изучения буддийских текстов он уделил значительное внимание практики концентрации на хваду и коану Му[41]. В период 50-х годов он получил ряд должностей в ордене Чоге, но в 1957 году отошёл от управления орденом для углубления практики. После долгой аскетической практики в 1960 году он достиг просветления, а позднее вернулся в Чоге, где как руководитель общины получил титул Панчжан-сынима. Кусан активно участвовал в восстановлении корейской традиции практики[42]. Орден Чоге в настоящее время объединяет большую часть буддистов Кореи[36].

В 1983 году корейским дзэн-мастером Сун Саном была основана международная школа дзэн Кван Ум, берущая свои истоки от корейского ордена Чоге. Данная школа, близкая к школе Риндзай, в настоящее время имеет 34 дзэн-центра в Америке, 7 дзэн-центров в Азии и Австралии, а также 47 дзэн-центров в Европе (включая дзэн-центр в Санкт-Петербурге)[43].

Дзэн в Японии

Предварительный этап

Храм Гинкаку-дзи в зимнем Киото.

В 653 году монах из Японии Досё прибыл в Китай для изучения философии Йогачары у мастера Сюань-цзяна. Под влиянием Сюань-цзяна Досё стал адептом дзэн-буддизма и, вернувшись в Японию, возродил школу Хоссё, адепты которой тоже начали исповедовать дзэн. Первым медитационным залом школы стал зал в храме Нары[44].

В 712 году в Японию прибыл наставник винаи Дао-сюань, также практиковавший чань северной школы Шэнь-сю[45]. Дао-сюань, прибыв в Нару, поспособствовал формированию тесных связей между школами Рицу (Винайя) и Кэгон (кит. Гуйян), а также развитию культуры Японии. Преемником Дао-сюаня стал Гьёхьё, а преемником Гьёхьё — Сэйкё (Дэндзё Дайси, 767—822), который стал одним из основателей школы Тэндай. Влияние данных наставников помогло закрепить практику медитации в Японии[44].

В IX веке, приняв приглашение от императрицы Такибаны Какико, Японию посетил учитель чань школы Линьцзи И-кьюн. В Японии он проповедовал учение среди императорского двора, а позже принял руководство храмом Дэнриндзи в Киото, который был построен специально для него. Но И-кьюн не смог популяризовать учение во многом из-за отсутствия каких-либо решительных действий со своей стороны и через некоторое время вернулся в Китай. После этого в Японии начался период застоя дзэн, сопровождавшийся отдельными фактами угасания всего буддизма[46].

Современный дзэн в Японии

В настоящее время число последователей дзэн в Японии составляет более 6 миллионов человек. Из них 4 миллиона человек входят в школу Сото, 2 миллиона человек в школу Риндзай и 100 тысяч человек в школу Обаку[34].

Кроме того, существует небольшая школа Санбо Кёдан (англ.)русск. или «Орден Трёх Сокровищ», берущая свои истоки от Ясутани Хакууна (англ.)русск. (1885—1973)[47], чьё учение описал роси Филип Капло в «Трёх столпах дзэн»[48]. Данная реформаторская школа основана Ясутани Хакууном в 1954 году, когда Ясутани разорвал отношения с традицией Сото. Школа Санбо Кёдан подвергает критике школы Риндзай и Сото[48]. На момент 1988 года школа насчитывала только 3790 последователей и 24 учителя[49], но оказывала большое влияние на западный дзэн[50]. Влияние Санбо Кёдан на японский дзэн в XX веке было относительно слабым[48].

Также в Японии присутствуют немногочисленные последователи школы Фукэ, которая возродилась в 1950 году в Храме светлого и тёмного (яп.)русск.[51].

Японское общество «F.A.S. Society», которое также имеет название «F.A.S. Zen Institute», стремится к модернизации дзэн и к приспособлению учения к современному миру[52]. Оно было сформировано в середине XX века профессором и учителем дзэн Синичи Хисамацу (англ.)русск. и не относит себя к какой-либо определённой школе.

Дзэн на Западе

Появление и развитие

Дзэн способен хорошо адаптироваться к культуре других стран, что стало причиной появления дзэн на Западе. Через некоторое время после прихода дзэн на Запад уже многие тысячи дзэн-буддистов стали объединяться в группы медитации под руководством западных и восточных наставников дзэн. В 70-х и 80-х годах почти каждый западный университет, изучающий религию, создал факультет либо группу по изучению дзэн в теории и на практике. В настоящее время количество книг о дзэн для западного читателя, как научных, так и популярных, очень велико[53].

Из-за «закрытости» Японии европейцы впервые смогли познакомиться с культурой страны только в середине XIX века, но первое знакомство Запада с дзэн относится к 1913 году. В этом году была издана книга-исследование К. Ну-кария «Религия самураев», но она не получила какой-либо известности, заинтересовав лишь специалистов[54].

Следующий этап распространения дзэн на Западе связан с выходом книг профессора Д. Т. Судзуки (1870—1966), которые сильно повлияли на возрастание популярности дзэн, особенно среди интеллигенции. Первым западным автором, написавшим о дзэн, стал А. Уотс, чья книга называлась «Дух дзэн». В конце 50-х годов выходит множество книг об учении. Начинают издаваться книги европейских и американских дзэн-буддистов, описывающих собственный опыт постижения учения в японских монастырях[54].

Д. Т. Судзуки и его ученики сформировали необходимые условия для «дзэнской революции», повсеместно происходившей в 60-х годах среди молодежи и интеллигенции Запада. Главным образом успех Судзуки был основан на том, что он смог интерпретировать восточное учение в понятных европейским читателям терминах, дающих хорошее представление о теоретической и практической стороне учения[54].

После Судзуки литература дзэн развивалась в нескольких направлениях. Продолжалось академическое направление, принимавшее во внимание труды Судзуки по интерпретации учения. Сформировалось направление сравнительного анализа дзэн и экзистенциализма, психологии и т. д. Ещё одним направлением стала массовая литература, в частности художественная литература, предназначенная для широкого круга читателей. Неоднородность традиции на Западе соответствовала неоднородности учения в самой Японии, где также существовал «монастырский» дзэн, дзэн «философии жизни» и «популярный» дзэн, рассматривавшийся как часть досуга и окружающего быта[55].

Традиционный дзэн, проблемы и трансформация

Кацуаки Танахаши — японский учитель дзэн, художник, каллиграф, писатель, переводчик буддийских текстов и экологический активист, занимающийся обучением дзэн в США.

«Монастырский» дзэн принесли на Запад ряд японских дзэнских учителей. Важное значение в дальнейшем распространении традиционной формы учения сыграл дзэн-центр в Нью-Йорке, где обучали дзэн С. и Р. Сасаки, которые строго придерживались традиционной системы постижения учения школы Риндзай. Данная система включала в себя знание и понимание истории школы, терминов буддизма и текстов дзэн, а также строгую дисциплину, отсутствие теоретических рассуждений и чёткое следование указаниям наставников[55].

В 1970 году появился дзэн-монастырь в Северной Калифорнии, который следовал строгой системе традиционных монастырей, включавшей в себя, например, бритьё головы и ношение сандалий. Но в дальнейшем сохранить традиционную систему без изменений стало невозможным, и западные дзэн-центры, несмотря на сохранение медитативной практики и характерных черт традиции, претерпели организационные и другие изменения. Дзэн-центры трансформировались в открытые дзэн-буддийские коммуны и кампусы университетов, теперь позволяющие последователю ходить на работу, иметь семью и заниматься прочей деятельностью, не связанной с буддизмом[56].

Похожий процесс уже происходил в средневековой Японии, где военное сословие, практикуя медитацию в монастырях, не отказывалось от своих социальных обязанностей. Но на Западе процесс трансформации зашёл ещё дальше. Община всё больше преобразовывалась в семейную религиозную коммуну открытого типа и столкнулась с такими проблемами как проблема экономической независимости, участия в общественной и политической жизни, семьи и брака, сексуальной свободы, воспитания детей, равноправия женщин и другими[56].

Проблема семьи и брака состояла в том, что при частой и регулярной медитативной практике семья иногда играет роль обузы для практика, что является причиной многочисленных драм. Поэтому внутрисемейные и сексуальные отношения в западном дзэн были перенесены в границы дзэн-центров. Проблема женского равноправия состояла в том, что в традиционных восточных монастырях практически повсеместно женщины медитировали отдельно от мужчин. На Западе женщины стали медитировать совместно с мужчинами, а также могли стать монахинями и занимать определённую должность в иерархии[56].

Общины дзэн по-прежнему практиковали ручной труд в сельском хозяйстве, ремесленничестве и сфере обслуживания, рассматривая его как медитацию. Внешними же изменениями западного дзэн стало то, что бритьё головы и ношение сандалей стало необязательным. Последователи также начали носить обычную европейскую одежду. Но внешние изменения дзэн были не такими существенными, как изменения внутренние[56].

Большая часть западных дзенцев имела законченное образование в институтах и колледжах и стремилась к рациональному осмыслению «иррациональных» положений дзэн. Кроме того, японские последователи хорошо знали положения буддизма перед тем, как от них отказывались после приобщения к дзэн. Западные дзэнцы были вынуждены сначала изучить эти положения, чтобы в дальнейшем появилась возможность от них отказаться. Также западные последователи стремились обсудить основы дзэн, что в традиционном дзэн считается недопустимым[57].

Христианский дзэн

Часть верующих, пытавшаяся обновить традиционное христианство, положила начало формированию «христианского» направления дзэн. Некоторая часть теологов пыталась при помощи дзэн «возродить „умершего“ бога». Также происходили попытки по созданию христианских дзэн-групп и применению христианского дзэн в богослужениях католической церкви[58]. Дзэн-мастер Сунг Сан в своей книге «Только не знаю» пишет о том, что иногда давал учение различным священникам в Вашингтонском кафедральном соборе[59]. Также Сунг Сан организовывал ретриты в аббатстве Гетземани (англ.)русск. для католических монахов и стал первым мастером дзэн, включившим в свой сборник коанов коаны из христианских источников[60].

Монах католического ордена траппистов Томас Мертон (1915—1968) из аббатства Гетземани, сравнивая христианское созерцание и созерцание дзэн, «был потрясён чувством близости» данных традиций[61]. В 1968 году была издана его книга «Zen and the Birds of Appetite» («Дзэн и голодные птицы»), посвящённая сопоставлению христианского мистицизма и дзэн. Заключение к книге написал Д. Т. Судзуки[62].

В 1971 году католический священник Уильям Джонсон написал книгу «Христианский дзен», где высказал мнение о дзэн как о методе углубления христианской веры и призывал к повторению Иисусовой молитвы при практике дзэн-медитации. Православный иеромонах Серафим (Роуз) выступил с критикой этой книги, высказав мнение об опыте дзэн как об агностическом и языческом опыте и отметив опасность книги[63]. Также в своей книге с критикой христианского дзэн выступил Архимандрит Лазарь (Абашидзе), в то же время выразив мнение о том, что идеи дзэн о сочувствии и любви «быть может, самый высокий религиозный идеал, которого может достигнуть человеческий разум, но без Христа»[64]. Положительно высказался о христианском дзэн Архиепископ Иоанн в своей книге «Христианство — дзэн», где описал проявление дзэн в Новом Завете[65].

В 1989 году Ватикан выпустил документ об аспектах христианской медитации (англ.)русск., который также имеет отношение к дзэн. Согласно тексту, ни один из методов, предложенных нехристианскими религиями, не должен быть отвергнут только из-за того, что он является нехристианским. Согласно тексту, «напротив, можно взять от них то, что полезно» при условии, что христианская молитва от этого не страдает[66].

В 2004 году на русский язык была переведена монография «Дзэн и Библия» католического священника и мастера дзэн Какичи Кадоваки[67]. В своей книге Кадоваки указывает на наличие определённых совпадений и схожих символических подтекстов в Библии и в текстах различных коанов, например, обращая внимание на связь между коаном «Если у тебя есть посох, я тебе его дам. Если у тебя нет посоха, — я его у тебя заберу» Басё и словами Иисуса: «Ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится; а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет» (от Матфея 13:12)[68].

Также американским иезуитским священником и одновременно дзэнским роси и психотерапевтом является Роберт Кеннеди (англ.)русск..

Число западноевропейских групп христианского дзэн на конец XX века составляло более 10 % от всех западноевропейских групп дзэн. В основном такие группы располагаются в Германии, Австрии и странах Скандинавии[69].

Другие направления дзэн

«Интеллектуальный» дзэн, не связанный с монашеством и трансформировавший учение в «философию жизни», подвергся ещё большим изменениям. На фоне интереса к дзэн многих европейских писателей, философов, художников, музыкантов, а также вследствие развития антропологизма и иррационализма в идеалистической и религиозной философии, возникает такое явление, как «религиозность без религии». Причиной этого стало то, что интеллигенция Запада искала компромисс между потребностью в религии и нежеланием следовать её традициям. Такие черты дзэн как иррациональная практика, нигилизм по отношению к общеизвестным явлениям и авторитетам и нонконформизм также послужили причиной того, что дзэн стал «бесконфессиональной» религией для некоторой части интеллигенции Запада, не желавшей или не смогшей отказаться от своих религиозных взглядов. Данное явление характеризовалось религиозным синкретизмом, размыванием «конфессиональной сопричастности», возрастанием роли восточной философии и общей тягой к мистике и иррациональному[57].

Битническое направление дзэн 60-х годов стало особым направлением молодёжи, провозгласившей «дзэнскую революцию». Данное направление характеризовалось упрощённым и вульгаризированным характером. Молодёжь, не понимая сути учения и его целостного характера, взяла из него лишь внешние атрибуты в виде нигилизма, парадоксального поведения и отсутствия авторитетов. Данное направление не было связано с практикой дзэн, но использовало терминологию учения. Представители данного направления формировали сельские общины, где пытались «возвращаться к природе», а также пропагандировали потребление наркотиков и сексуальную свободу. Ярким представителем данного направления стал писатель Джек Керуак[58].

Близким к битническому стало психоделическое дзэн-направление, практиковавшее вместо медитации употребление наркотиков с целью достижения сатори. Представитель этого направления, писатель О. Хаксли, выражал мнение о сходстве состояний человека после дзэн-практики и приёма наркотиков. Но традиционный дзэн выражал несогласие с такой точкой зрения. Автор нескольких книг о дзэн и последователь учения Дз. Сибаяма указывал, что эффект наркотиков временен, а практика дзэн предполагает кардинальное самоизменение[58].

Современное состояние дзэн на Западе

На конец XX века был составлен список западноевропейских групп дзэн в 14 странах. Общее число групп составило 452 группы[70]. Более 60 групп действуют на территории Германии; от 30 до 60 — на территории Франции, Нидерландов, Бельгии, Великобритании, Швейцарии, Италии; от 15 до 30 — на территории Австрии, Польши и Испании; менее 10 — на территории Швеции, Дании, Португалии, Норвегии[69].

Краткая суть учения

Основной целью дзэн является проникновение в истинную природу ума[71]. Исследователи учения, практиковавшие дзэнскую медитацию, указывают, что сутью учения является «невыразимое», которое невозможно объяснить теоретически или изучить как священную доктрину[5]. Мастер Энго, отвечая на вопрос «Что такое дзэн?», выразился следующим образом[72]:

Он непосредственно перед вами в это мгновение, я передаю его вам во всей полноте. Для умного человека одного слова достаточно, чтобы направить его к истине, но даже в этом случае может вкрасться ошибка. Это возможно тогда, когда истина эта выражена посредством пера и бумаги, либо облечена в форму софизма; в этих случаях она ещё дальше ускользает от нас. Великая истина Дзэна живёт в каждом. Загляните внутрь и ищите её там, не прибегая к чьей-либо помощи.

Ещё один наставник дзэн ответил на тот же вопрос «Что такое дзэн?» так: «Пить чай, есть рис, я провожу своё время естественно, любоваться потолком, любоваться горами. Какое безмятежное спокойствие и чувство!»[73].

По общебуддийским представлениям, есть три коренных яда, из которых возникают все страдания и заблуждения[74]:

  1. неведение о своей природе (глупость, ошибочные взгляды, неспособность видеть вещи такими, какие они есть, чувство безразличия) — является главной причиной страданий;
  2. отвращение (гнев, чувство «безобра́зности», отторжение, неприязнь, ненависть);
  3. привязанность (к идеям существования и несуществования вещей[75], к умозрительности[76], к нирване[77], к желаниям и страхам[78], ко всему внешнему миру[79] и к собственному «я» как к иллюзиям[80]).

Человек, находящийся в неведении, отделяет себя от познаваемого мира[81]. Избавлению от данного яда способствует медитация над неразделённостью любых объектов восприятия от человека[74]. Медитация также способствует избавлению и от остальных ядов[82]. Дзэн-мастер Догэн давал следующие указания для медитации: «Освободитесь от всех привязанностей и оставьте в покое десять тысяч вещей. Не думайте ни о добре, ни о зле; не судите о том, что хорошо, а что плохо»[83].

Дзэн является мистическим учением, с одной стороны отрицающим логику, с другой стороны не противопоставляющим себя ей. Учение отрицает всё множество вещей, но рассматривает это отрицание в качестве наивысшей формы утверждения. Дзэн не связывает себя однозначно с отрицанием или утверждением, находясь за пределами логики[84] и считая, что лишь духовный опыт может привести к постижению истины[85]. Также религиовед И. А. Козловский отмечает, что учение ничему не учит человека, а разучивает его: «Дзэн действительно не учит, он указывает путь: „Иди туда“». Дзэн также считает, что различные буддийские термины (нирвана, скандхи, дхармы) не имеют отношения к истине, и поэтому не рассматривает их[73]. Тем не менее учителя дзэн давали ответы на вопросы учеников о ключевых терминах[86]:

— Что такое Будда?
— Кусок глины (и даже: кусок засохшего дерьма).
— Что такое Дао?
— Три фунта льна!
— Что такое дзэн?
— Ветка цветущей сливы (или: кипарис в саду; или: набирать снег серебряным кувшином).

Дзэн-буддизм стремится войти в контакт с внутренними процессами человека, не прибегая к посреднической помощи интеллекта[87]. Дзэн останавливает любую мыслительную деятельность при помощи концентрации мысли на каком-либо объекте[88]. Но медитация над какой-либо мыслью в дзэн рассматривается как искусственное состояние, в отличие от «естественности» свободной жизни[89]. Состояние «естественности», также называемое «реальность как она есть», мастер Нансен Фуган обозначал как «обычный ум» или «Дао»[90].

Дзэн не требует непременного отказа от всех желаний и отрицательно относится к самоистязанию. Дзэн отказывается применять насилие к природе, как внешней так и внутренней, и учит жить в гармонии с ней[91]. Последователям дзэн, по мнению профессора философии и истории религии Г. Дюмулена, свойственны доброта и человеколюбие[92].

Учение отрицает как двойственность всех явлений («не два»), утверждая, что логика не учитывает взаимозависимость вещей, так и их единство («не один»), не ограничивая себя данными рамками. Данное отрицание носит практический характер, основанный на опыте последователя[93].

Одной из ключевых фраз дзэн является фраза «я не знаю», которой ответил Бодхидхарма на вопрос императора У о том, кто он. Позиция «я не знаю» является общей для школ Цаодун/Сото и Линьцзи/Риндзай[94]. Ответ дзэнского учителя «не знаю» на вопрос ученика по утверждению Д. Т. Судзуки полностью отличается от позиции агностицизма тем, что учитель «великолепно знает, но его знание принадлежит к другой категории», не связанной с категорией «относительных вещей»[95]. А. Уотс указывает, что позиция «не знаю» является началом верного пути при решении коанов. Учитель отвергает различные ответы ученика, пока тот не станет «знать, что не знает»[96].

Д. Т. Судзуки отмечает, что хотя для стороннего наблюдателя учение имеет загадочный и противоречивый характер, но в реальности дзэн можно свести к следованию дисциплине и следующим словам: «делать добро, избегать зла, очистить своё сердце — таков путь Будды»[97]. Когда чаньский учитель ответил данными словами на вопрос о сущности буддийского учения, посетитель испытал разочарование: «И трёхлетний ребенок сможет это полностью понять». Но учитель чань уточнил: «И восьмидесятилетний старик не сможет это полностью осуществить»[98].

Отличие дзэн от других школ буддизма

Четыре принципа дзэн

Шестой патриарх Хуэйнэн разрывает сутры, традиционный рисунок.

Бодхидхарме приписывается начало формирования четырёх главных принципов дзэн, которые были сформированы окончательно не ранее времени царствования династии Тан (618—907). Эти принципы таковы[99]:

  1. Особая передача вне Учения (священных писаний[100]);
  2. Не опираться на слова и тексты;
  3. Прямое указание на сознание человека;
  4. Созерцая свою природу, становиться буддой.

Последователи учения считали, что самое важное передаётся не через тексты, а от наставника к ученику, «от сердца, к сердцу»[7]. Данная передача означает, что наставник может «передать» ученику при помощи определённых методов собственное состояние сознания, наложив тем самым на ученика «печать сердца» (синь инь). В дальнейшем ученик закрепляет передачу просветления своей медитативной практикой. Данный процесс обеспечивает непрерывность линии непосредственной передачи учения[101].

Учение дзэн утверждает, что истина не может быть выражена в словах[4], которые являются лишь «намёком на истину» или «прахом дзэн»[102]. Дзэн не хочет себя связывать со священными писаниями, философскими системами или любыми другими догматами[103], считая философские рассуждения бесполезными[5]. Хотя дзэн претендует на связь с буддизмом, он по большей части критически относится к его сутрам и шастрам. Профессор философии Д. Т. Судзуки отмечает: «(…) все буддийские учения, содержащиеся в сутрах и шастрах, с точки зрения дзэн не больше, чем макулатура, польза которой состоит лишь в том, что с её помощью можно только смахнуть пыль с интеллекта, но не больше»[103]. И. А. Козловский также отмечал, что учение не считает важным сутры или трактаты[85]. Многие учителя дзэн подчёркивали второй принцип, сжигая при случае сутры и буддийские изображения[104] и располагая библиотеки монастырей возле «отхожего места»[94].

Несмотря на то, что Д. Т. Судзуки отрицал какую-либо метафизическую основу дзэн, Г. Дюмулен указывал, что в его книгах прослеживается тесная связь учения с философией шуньяты и сутрами Праджняпарамиты[105], а также отмечал, что последователи дзэн не отрицают традицию и ряд писаний, а изучают эти писания для их последующего «сгорания», ведущего к пониманию дзэн[106]. Учение дзэн одной из главных сутр считает Праджняпарамиту хридая сутру[107], отрицающую Четыре благородные истины буддизма и включающую в себя психопрактическую функцию, в отличие от сутр, не связанных с Праджняпарамитой[108]. Учение использовало и другие сутры Махаяны и Праджняпарамиты, в частности сутры Аватамсаки (Аватамсака-сутру), Вималайкирти-сутру, Ланкаватара-сутру[109], но последняя изучалась редко из-за трудности её понимания[110]. Кроме того, в дзэн изучалась и изучается Сутра помоста шестого патриарха, Самантамукха париварта (Каннонгё)[110], являющаяся 25-й главой Сутры лотоса[111], Алмазная сутра и Шурангама сутра, особенно тщательно рассматривавшаяся в Китае. Последователи дзэн также знакомились с сутрой Ваджрасамадхи (Конгосаммайкё) и сутрой абсолютного просветления (Энгакукё)[110]. Кандидат философских наук В. С. Никольский указывал, что тексты и книги используются только на первом этапе интеллектуального вхождения последователя в дзэн. В дальнейшем они служат преградой, так как формируют у последователя привязанность к «имени и форме»[112].

Принцип «прямого указания» (чжи-чжи) означает в дзэн выражение учения при помощи несимволических слов или действий, которые могут казаться странными или бессмысленными человеку, не знакомому с дзэн. Данная прямота, указывающая на истину без применения каких-либо символов, по мнению А. Уотса, является духом дзэн, выражающим его оригинальность[113].

Четвёртый принцип указывает, что потенциально любой человек является буддой и необходимо лишь, практикуя медитацию, «пробудить» природу Будды в себе[32]. Чаньские наставники подчёркивали отсутствие какого-либо будды вне сознания, уничтожая буддийские изображения. Линь-цзи И-сюань также указывал монахам в своей известной фразе, что любые формы идолопоклонства и авторитарности мешают просветлению: «Встретил будду — убей будду. Встретил патриарха — убей патриарха»[101].

Другие отличия

Дзэн является антифилософским учением, подчёркивающим важность собственного опыта. Логика, согласно учению, не способна помочь людям увидеть реальность в целом[114].

Дзэн отличается от других буддийских школ своей прямотой, простотой, практичностью и непосредственностью, неразрывно связанной с обычной жизнью[115]. Дзэн-буддисты стремятся постоянно сохранять непосредственность и точность поступков, мыслей и чувств, избегая умозрительности и расплывчатого мнения[116]. Кроме непосредственности, включающей в себя действия без каких-либо планов, учению также свойственны парадоксальность, интуитивизм[4] и адогматичность, которые являются главными чертами учения[56].

Дзэн считается наиболее «практичной» школой буддизма, которая ставит практические действия на первое место, утверждая, что только через них можно приобрести духовный опыт. При этом дзэн не говорит об уходе от мира. Всё это сделало дзэн самым открытым видом буддизма с миллионами последователей, среди которых монахов не так много. Последователи могут ходить на обычную работу, но при этом не быть привязанными к каким-либо вещам[117].

Практика созерцания, которая составляет основу школы дзэн, значительно упрощена по сравнению с древнейшими школами буддизма, рассматривающими созерцание в качестве дополнительного средства. Позднейшие последователи дзэн отказываются от многочисленных ступеней хинаяны и провозглашают непосредственное и экстатическое постижение истины[5].

В дзэн есть своё особое понимание принципов буддизма, что выражено в следующем диалоге между дзэн-мастером Суйби Мугаку и его учеником Сэйкеем[118]:

— В чём заключается основной принцип буддизма?
— Подожди, — сказал Суйби. — Когда мы останемся одни, я тебе скажу.
Через некоторое время Сэйкэй снова обратился к нему:
— Ну вот теперь мы одни, умоляю тебя, объясни.
Суйби встал и повёл сгорающего от нетерпения Сэйкея в бамбуковую рощу, но так ничего и не сказал, а когда последний настоятельно потребовал ответа, он шёпотом промолвил:
— Какие высокие эти деревья, и какие маленькие те, вон там.

В отличие от ранних школ Индии и Китая, учивших достижению нирваны посредством накапливания благой кармы в череде перерождений, дзэн провозглашает достижение освобождения здесь и сейчас, не прибегая к новым перерождениям[119].

«Истинное прибежище» в дзэн считается тождественным природе Будды, поэтому его, согласно учению, следует искать не во внешнем мире, а в глубине своего «я»[120].

Д. Т. Судзуки утверждал, что дзэн является единственным учением, где есть место смеху[121]. Смех официально входит в дзэнскую практику. Кроме своей медитативной направленности он имеет простонародный, плотский, утробный[122], шутовской и парадоксальный характер[121]. Последователь учения может проявлять свой смех в виде поношения дзэнских патриархов и насмешек над буддами, тем самым отрицая любые авторитеты[123]. М. Конрад Хайерс в своей работе «Дзэн и комический дух» привёл традиционную индийскую схему деления смеха на три категории. В первую категорию входит аристократическая вежливая улыбка, во вторую — умеренный смех представителя среднего сословия и брахмана, а в третью — плотский и вульгарный смех низшего сословия. Последний вид смеха и практикуется в традиции дзэн[124]. Как отмечает доктор исторических наук Е. С. Сафронова, индийская улыбка Махакашьяпы трансформировалась в Китае и Японии в «животный, плотский, громоподобный хохот, от которого сотрясаются монастырские стены»[121].

Шестой патриарх дзэн Хуэйнэн утверждал, что отличительной чертой дзэн является снятие оппозиций[125]:

Если вам зададут какой-либо вопрос, отвечайте антонимами, чтобы образовалась пара оппозиций, таких как приход и уход; когда их взаимозависимость станет совершенно очевидной, в абсолютном смысле не станет ни прихода, ни ухода. <…> Когда вам зададут какой-нибудь вопрос, ответьте на него отрицательно, если в нём содержится утверждение и наоборот, утвердительно, если в нём содержится отрицание. Снимите оппозиции. Если вас спросят о профане, скажите что-нибудь о святом, и наоборот. И тогда из соотнесённости и взаимозависимости двух противоположностей можно будет постичь учение о срединности.

Дзэн-мастер Эйсай, основавший школу Риндзай, указывал роль дзэн в буддизме следующим образом: «Это фундамент буддизма и основа всех сект и школ»[126].

Некоторые авторитетные последователи[127] и исследователи[128][129][84] учения также отрицали то, что дзэн является религией или буддийской школой. Дзэн-мастер Догэн, основавший школу Сото, высказал следующее мнение: «Каждый, кто считает дзэн буддийской школой или сектой, называя ее дзэн-сю (сектой дзэн), есть дьявол»[130][83]. Психоаналитик Джо ди Фео в своей книге «Дзен-психоанализ» указывал, что принадлежность дзэн к рамкам канонического буддизма отрицали также некоторые буддийские школы, хотя другие называли дзэн «квинтэссенцией подлинного буддизма»[29].

Этика дзэн

Для учения свойственен отказ от общепринятых норм морали[4]. Д. Т. Судзуки отмечает: «Дзэн неизбежно оказывается сродни искусству, но не морали»[131] и указывает на возможность отсутствия этического элемента в дзэн. Также в традиции дзэн считается, что «каждый день — добрый день», не зависимо от того, солнечный это день или дождливый, удачный или неудачный, без всякой моральной оценки[132].

Дзэн-мастер Сун Сан выражает отношение дзэн к нравственности в следующих строках[133]:

Когда Дао потеряно, приходит доброта.
Когда доброта потеряна, приходит нравственность.
Когда нравственность потеряна, приходит ритуал.
Ритуал это шелуха истинной веры, начало хаоса.
Поэтому мастер занимается глубинами, а не поверхностью, плодом, а не цветком.

Этика в учении прямо связана с эстетикой, которая играет ведущую роль в японском дзэн. Японские ритуалы, в которых присутствует этическое и в большей степени эстетическое начало, являются не просто специально организованным обрядом, а скорее эстетическим процессом, требующим от участника ритуала совершенного и осознанного исполнения. Это отличает японский дзэн от китайского чань, в котором главное внимание в ритуале уделялось этической стороне[134]. Ритуальные поклоны в японском дзэн, обязательное мытьё пола перед занятиями и прочие внешние ритуалы являются в учении средствами, создающими гармонию и особую атмосферу, помогающую «переключить» тип восприятия и подтолкнуть последователя к вхождению в «иную реальность»[135]. Также ритуал помогает трансформировать концентрацию внимания в спонтанные эстетические переживания[136].

Эстетика дзэн

Современный комусо или «монах пустоты» школы Фукэ практикует суйдзэн на фестивале в Химедзи.

Обеты бодхисаттвы

Перед началом практики ученик, недавно вступивший в школу, даёт четыре обета бодхисаттвы, которые имеют важное значение и в современном дзэн. Эти обеты последователь дзэн также повторяет во время долгого периода практики[137][138]:

Сколь бы бесчисленными ни были живые существа, обязуюсь спасти их всех.
Сколь бы ни были неистощимы страсти, обязуюсь устранить их все.
Сколь бы ни были неизмеримы дхармы, обязуюсь овладеть ими всеми.
Сколь бы ни была несравненной истина Будды, обязуюсь её достичь.

Практика дзэн

Сущность дзэн не зависит от методов, которые являются лишь вспомогательными средствами[139]. Она может быть определена лишь опытом человека, созерцающего свою природу[71]. К дополнительным средствам японский дзэн-буддолог Уи относит высказывания и действия мастеров дзэн, имеющие парадоксальный характер, в том числе битье палкой, крики и коаны[139]. Такие действия, указывающие на истину, мастер обычно выполняет только над достигшим определённой духовной зрелости учеником, чтобы помочь тому «вылупиться из скорлупы»[140]. Эти методы играли важную роль в школе Риндзай[141].

Дзэн также использует медитации, но в понимании, отличном от понимания других буддийских школ. Те использовали медитацию в качестве инструмента прекращения психической деятельности и очищения сознания, дзэн же рассматривает медитацию как метод контактирования с реальностью. Данное различие послужило причиной малой популярности Бодхидхармы среди других буддистов Китая в V—VI веках, а также стало одной из причин расхождения между северной и южной чань-школами в Китае[142].

Медитативная практика

Японский сад при храме Tenryū-ji.

Многие последователи дзэн медитировали при ходьбе и работе[101]. Медитация при работе называлась «фусин»[56]. Отличие физического труда без медитации и с медитацией выразил дзэн-мастер Тит Нат Хан в следующей фразе: «Есть два способа мыть посуду. Во-первых, мыть посуду, чтобы сделать её чистой. Во-вторых, мыть посуду, чтобы мыть посуду»[143].

Дзэнские монахи, занимаясь физическим трудом, верили в его святость. Труд в виде работы на земельном участке, подметания и уборки считался важным элементом в жизни каждого монаха, помогающего ему сохранить здоровье и ясность ума[144].

Медитативная практика может проявляться в самых разных областях. Так в Японии практика дзэн в прошлом и настоящем включает в себя боевые искусства, живопись, поэзию, архитектуру, аранжировку цветов, театр масок, чайную церемонию[145], каллиграфию и искусство разбивки садов. Весь творческий процесс отличается характерной для дзэн простотой, естественностью и гармонией[7]. Такая практика стала причиной того, что из всех школ буддизма дзэн оказал наибольшее влияние на развитие искусств[146].

Любое увлечение, согласно дзэн, может стать способом постижения своей истинной природы. Дзэн-буддисты считают, что в любом человеке уже живёт художник, не обязательно мастер живописи или поэзии, а просто «художник жизни». «Его руки и ноги являются кистями, а вся вселенная холстом, на котором он пишет свою жизнь в течение семидесяти, восьмидесяти или даже девяноста лет»[147].

Большинство школ дзэн также указывало, что монахи должны стараться находиться в созерцательном состоянии при всех видах деятельности. Для опытных монахов рекомендовалось практиковать созерцание даже во сне[104].

Практика дзадзэн

Дзадзэн в Европейском дзэн-центре Риндзай.

Дзадзэн буквально переводится как «сидеть в медитации»[148]. Во время данной медитации необходимо сесть, скрестив ноги, и выпрямить спину[83]. Кроме четвертичного лотоса, полулотоса и полного лотоса также в отдельных случаях могут быть и другие варианты позы, включающие в себя позицию «стоя на коленях», «сидя на стуле» или даже «стоя». Внимание может направляться на дыхание, «дань-тянь» (место, находящееся на два пальца ниже пупка), какой-либо звук, тишину, вопрос или мантру[149]. Одним из популяризаторов дзадзэн считается японский дзэн-мастер Догэн[83], который считал, что дзадзэн и просветление не отличаются друг от друга[150]. Сидячая медитация не является тренировкой терпения или чего-либо другого, а по сути своей является лишь «сидением просто так»[151]. Мастер Юнь-мэн говорил: «Идёшь — просто иди. Сидишь — просто сиди»[152]. Японские ученики практиковали дзадзэн в дзэндо, главном здании монастыря, на подстилке, которую также использовали для сна[153].

По результатам исследования, проведённого Альбертским университетом, выявлен значительный положительный эффект дзадзэн для диастолического кровяного давления и незначительный положительный эффект для систолического кровяного давления[154].

Коаны

«Почему у Бодхидхармы нет бороды?» — один из коанов дзэн[155].

В дзэн преобладает мгновенное, внезапное пробуждение, которое иногда возможно вызвать специфическими приемами. Самый знаменитый из них — коан. Это некая парадоксальная задача, абсурдная для обычного рассудка, которая, став объектом созерцания, стимулирует пробуждение. В ней отсутствует решение на уровне логического мышления[156], но тем не менее коан может быть понят[157]. Коан является шоковым методом или кризисной формой медитации, призванной вывести ученика из привычной логики, ликвидировать все прежние представления, подтолкнуть с помощью специального беспорядка к новому восприятию реальности, в которой существует порядок на принципиально ином уровне психической деятельности. Коаны отличаются крайне быстрым изменением для практика привычной картины мира[158]. К коанам близки диалоги (мондо) и самовопрошание (хуатоу). Одним из известнейших сборников коанов является сборник «Речения с Лазурного утёса», а одним из известнейших коанов — коан Му.

Дзэн боевых искусств и самурайский дзэн

Шаолиньский ученик практикует Кунг-фу.

Совершенно неожиданным способом постижения буддизма стало нечто, что на первый взгляд противоречит одному из пяти основополагающих буддийских запретов — «воздерживайся от убийства». Вероятно именно в Китае, где буддизм подвергся освобождающему влиянию даосизма, — дзэн разрушил конвенциально-этические рамки буддизма и воинские дисциплины стали широко восприниматься, как путь дзэн.

Впервые боевые искусства соединились с дзэн в качестве развивающей тело гимнастики в китайском буддийском монастыре Шаолинь, куда по легенде их принёс Бодхидхарма[159]. С тех пор дзэн — это то, что отличает боевое искусство Востока от западного спорта. Многие боевые искусства, такие как кэндо (фехтование), каратэ, дзюдо, джиу-джитсу активно используют дзэн. В первую очередь дзэн используется в качестве средства, сдерживающего агрессию. Также ситуация реальной схватки, в которой возможны тяжелые увечья и смерть, требует от человека именно тех качеств бесстрашия и интуитивности, которые воспитывает дзэн[160].

В условиях боевой ситуации у воина нет времени на рассуждения, обстановка изменяется настолько быстро, что логический анализ действий противника и планирование своих собственных действий неизбежно приведут к поражению. Мысль слишком медленна, чтобы уследить за таким техническим действием, как удар, длящийся доли секунды. Чистое, незамутненное мыслями сознание подобно зеркалу отражает любые изменения в окружающем пространстве и позволяет бойцу реагировать спонтанно и мгновенно[161][162].

Такуан Сохо (1573—1644), мастер дзэн и автор трактатов о древнем японском искусстве владения мечом (ныне сохранившемся в техниках кэндо) называет спокойствие воина, достигшего высшего уровня мастерства, непоколебимой мудростью. В поединке Такуан советует не привязываться к какому-либо объекту, а воспринимать все движения противника, не останавливаясь на чём-то одном[163].

Основной целью японских боевых искусств является не совершенствование умения причинять вред другому человеку, а открытие в человеке «подлинной природы „не-себя“». Так один из ярких представителей «философии меча» Кинтай Хори (1688—1756) считал, что самураи, по возможности, всегда должны избегать сражений: «Меч — нежелательный инструмент для убийства, даже в безвыходном положении. А потому меч должен давать жизнь, а не нести гибель»[164].

Боевые искусства Китая и Японии являются прежде всего искусствами и способом развития «духовных способностей» самурая на пути воина, который включает в себя путь меча и путь стрелы. Бусидо или знаменитый «Путь самурая» является сводом правил и норм для «идеального» воина[165]. Он разрабатывался в Японии веками и вобрал в себя большинство положений дзэн-буддизма, особенно идеи строгого самоконтроля[166] и безразличия к смерти[167]. Самоконтроль и самообладание были возведены в ранг добродетели и считались ценными качествами характера самурая. В непосредственной связи с бусидо стояла также медитация дзадзэн, вырабатывавшая у самурая уверенность и хладнокровие перед лицом смерти[168].

Монашеская дисциплинарная практика

В ранний период своего существования китайский чань не связывал себя с правилами Винаи или монастырским уставом. Хотя некоторая часть монахов пребывала в монастырях Винаи, другая часть вела бродячий образ жизни, игнорируя множество запретов Винаи[147].

Патриарх Бай-чжан (720—814) сформировал «Свод правил Бай-чжана» (Бай-чжан цин-гуй), который послужил началом «монастырского» дзэн. Данный монастырский устав, во многом сильно не совпадавший с правилами Винаи, описывал организационные и структурные особенности монастырей чань, а также обязанности монахов. Так, в соответствии с уставом, всё время монаха делилось на время медитаций и слушания проповедей и на время обязательных хозяйственных работ (пу-цин). Это распространялось и на патриархов школы, которые тем самым показывали пример. Дежурные монахи (вэйна), старшие монахи и настоятели строго следили за тем, чтобы правила не нарушались. В противном случае монах наказывался или, если наказания не помогали, изгонялся из общины[147].

В XII—XIII веках «чистые правила» цин гуй, предполагавшие полное следование указаниям наставника и строгую дисциплину, окончательно закрепились в монастырях дзэн[104].

Результаты практики дзэн

Ступени состояния ума в дзэн

В дзэн различают следующие ступени медитативной практики[169]:

  • «одноточечное сознание» (и-нянь-синь),
  • «сознание, лишенное мыслей» (у-нянь-синь),
  • «не-сознание» (у-синь).

«Одноточечное сознание» не означает, что медитирующему необходимо направлять внимание на только какой-то определённый объект. Это может быть «всматривание» в пустоту своего сознания. На втором этапе медитирующий должен уметь свободно перенаправлять внимание от объекта к объекту, чтобы оно «текло как вода» без всякого напряжения. Третий этап предполагает выход за пределы собственного «я» и реализацию пустоты[169].

Дзэн-мастер Сун Сан различал другие три ступени состояния ума: «Потерянный ум», «Пустой ум» и «Ясный ум».

Ваш ум бывает трех видов. Потерянный ум, Пустой ум и Ясный ум. На улице к вам подходит вор. «Кошелек или жизнь!» Каков ваш ум в такой ситуации? Кое-кто говорит, что секс-ум это дзен-ум, но если во время секса к вашему лицу приставят пистолет, что станет с вашим умом? Если вы испугаетесь потерять свою жизнь, вы потеряете свой ум.

С пустым умом ничего не случится. «Это ограбление!» Ом мани падме хум. Ом мани падме хум. «Ты что, свинца захотел?!» Ом мани падме хум. Ом мани падме хум. «Ты псих?!» Ом мани падме хум. Сумасшедший, нормальный, мертвый, живой — одно и тоже для Пустого ума.

Что же такое Ясный ум? «Кошелек или жизнь?!» «Сколько тебе надо?» «Заткнись… Дай мне все, что у тебя есть!» Нет страха. Вы просто проверяете ум, который держит в руках пистолет.

— Сун Сан[170]

Кроме того, существуют «Десять быков» — серия из десяти картинок с подписями в стихах и в прозе, которую создал китайский мастер Коань Шиюань. Данные картинки и пояснения к ним выражают десять этапов постижения бодхисаттвой просветления и совершенной мудрости.

Сатори

Сатори — озарение, подобное вспышке молнии, внезапное пробуждение, просветление. Дзэн различает два вида сатори: малое сатори, открывающее истинную природу вещей только на короткое время, и большое сатори, являющееся синонимом просветления. Согласно дзэн, каждый человек обладает природой будды и задача практика заключается в реализации этой природы, в открытии неразрывного единства «я» и внешнего мира[171]. Согласно дзэн, любой человек может увидеть природу Будды в себе[172].

Профессор философии Д. Т. Судзуки также обозначает сатори как «праджняпарамиту», высшую безличную мудрость[105] и определяет его как «интуитивное проникновение в природу вещей в противоположность аналитическому или логическому пониманию этой природы»[173]. Обретение сатори является не целью учения[15], а лишь способом вхождения последователя на путь[174], в котором отсутствует «я»[15].

Полемика с христианством

Христианский апологет Уолтер Мартин отмечал, что учение дзэн является тонким видом атеизма, отрицающим учение о Боге и необходимость в Спасителе и провозглашающим крайнюю форму иконоборчества[175].

Также традицию дзэн критиковал архимандрит Рафаил, заявляя: «Дзен-буддизм — это религия смерти; дзен-буддизм проходит мимо духа и души человека, а медитирует его инстинкты, как мальчик вскрывает тело куклы и видит солому и вату внутри нее. Смех дзен-буддизма — это тот же хохот и вой разрывающегося металла на апокалиптических картинах Дали»[176].

Полемика среди дзэновских мастеров

В современной дзэновской литературе можно встретить немало критики лицемерия, ханжества или стяжательства отдельных японских монахов.

Мастер дзэн Филип Капло приводит в своей книге заметку газеты «Балтимор Сан»[177]:

Дзэнский храм был просторным внутри, богато обставлен и производил впечатление весьма процветающего. Поводом для собрания служило проведение мемориальной молитвенной службы по душам 15 000 погибших, которые в течение последних трёх лет отдали свои жизни во имя процветания японского народа. (…) По окончании церемонии подношений главный священник подвёл итог краткой нотацией: «Я весьма польщён, что вы избрали наш храм для проведения этой службы. В армии я и сам часто ел китовое мясо и чувствую в себе особую связь с этими животными».

Далее в своей книге Филип Капло резко критикует лицемерие представителей китобойной компании, заказавшей службу по 15 000 китам, и священнослужителей, совершающих антибуддийские действия. Также с резкой критикой японского дзэн выступил в своей книге аббат Мухо, девятый аббат дзэн-монастыря школы Сото Антайдзи[178]:

Не только Дзэн, но и буддизм в общем понимается в Японии как священниками, так и их общинами, как бизнес, где родственники умершего покупают услуги священника в виде рецитации сутр и дарования буддийского имени. Священник может попросить за одни похороны 10000 евро, к этому можно ещё добавить ежегодные церемонии поминовения, аренду могилы и т. д. Большинство священников настолько заняты предоставлением таких услуг, что кажется, что у них не остаётся свободного времени для дзадзэн или других духовных дел.

Влияние дзэн на современный мир

Дзэн-буддийский храм. Сенди-Хилл, Оттава, Канада.

Отголоски и влияние дзэн можно обнаружить в современной литературе, искусстве, кино. С тех пор, как стало исчезать влияние средневековой мистики, в духовном мире Европы стало не хватать учений, опирающихся не на разум или волю, а на интуицию и природу. Ни мистика романтизма, ни символизм не смогли полностью занять эту «нишу». Именно поэтому дзэн с его культом внутренней свободы и торжества интуиции над разумом стал так популярен среди европейской интеллигенции.

Влияние дзэн отчетливо прослеживается в произведениях Г. Гессе, Дж. Сэлинджера, О. Хаксли, Дж. Керуака[55], Алана Уотса, Р. Желязны, В. Пелевина, в поэзии Г. Снайдера, А. Гинзберга и многих авторов хайку, в живописи В. Ван Гога и А. Матисса, в музыке Г. Малера и Дж. Кейджа, в философии М. Хайдеггера[179], Л. Витгенштейна[180], А. Швейцера и Ошо. Также последователем дзэн был Стив Джобс[181]. В 60-х гг. «дзэнский бум» охватил многие американские университеты и придал определённую окраску движению битников[182].

Дзэн и психология

Влияние дзэн выражается в трудах по психологии К. Г. Юнга, Э. Фромма[182], К. Хорни, на которую сильно повлияло посещение японских монастырей дзэн[183], А. Маслоу, Ж. Лакана, О. Кернберга и других психологов и психоаналитиков[184]. Интерес к учению среди психологов отчётливо проявился ещё в 1957 году, когда в мексиканской Куэрнаваке была организована конференция по дзэн, в которой участвовало «около пятидесяти психиатров, психологов и психоаналитиков, в основном из США (М. Грин, Дж. Кирш, И. Прогофф и др.)»[185].

Влияние дзэн испытали многие психотерапевтические школы, такие как гештальттерапия Фрица Перлса[184], а также известные тренинги, например, ЭСТ тренинг. Джон Энрайт, который многие годы работал в гештальте вместе с Перлсом, в своей книге «Гештальт, ведущий к просветлению» указал, что в гештальттерапии может использоваться термин «мини-сатори», который выражает отличие гештальттерапии, способствующей увеличению сознавания, от других видов психотерапий. Гештальттерапия также утверждает, что человеку необходимо принять реальность, а не «набрасывать» на неё свои тревоги и проблемы, являющиеся иллюзиями[186].

На момент 2010 года взаимодействие психотерапии и дзэн продолжает усиливаться[187]. Профессор философии и истории религии Г. Дюмулен отмечал: «Современные психологи сходятся в том, что увлече­ние дзэн-буддизмом помогает человеку решать как обще­оздоровительные задачи, так и проблемы, связанные с психическими расстройствами, и в целом способствует становлению полноценной личности»[188]. Но в то же время Г. Дюмулен отрицал представление дзэн как «чисто терапевтической системы», указывая: «Психологи не могут судить об истинной цен­ности и смысле дзэн-буддизма»[189].

См. также

Примечания

  1. Написания: «дзэн» — по правилам транскрипции японских слов (системой Поливанова), «дзен» — часто встречающееся в русских текстах написание.
  2. Торчинов, 2002, с. 52
  3. 1 2 3 Bodiford, 2012-04-17
  4. 1 2 3 4 Померанц, 1972
  5. 1 2 3 4 Сафронова, 1989, л. 2
  6. Дюмулен, 2003, с. 58
  7. 1 2 3 4 Жуковская, 1992, Дзэн
  8. Дюмулен, 2003, с. 282
  9. Buswell, 1992, с. 21
  10. Маслов, 2004, Введение
  11. Дюмулен, 2003, с. 61—62
  12. Sanskrit Heritage Site
  13. Хамфриз, 2002, с. 17
  14. 1 2 Торчинов, 2002, с. 53
  15. 1 2 3 Хамфриз, 2002, с. 18
  16. Дюмулен, 2003, с. 62
  17. 1 2 Торчинов, 2002, с. 58
  18. Торчинов, 2002, с. 59
  19. Судзуки, 1993, с. 20
  20. Судзуки, 1993, с. 334
  21. Торчинов, 2002, с. 22
  22. Дзэн  (рус.). Толковый словарь Ефремовой. Архивировано из первоисточника 5 августа 2012. Проверено 19 июля 2012.
  23. Торчинов, 2002, с. 52—60
  24. Проверка слова: дзен  (рус.). Справочно-информационный портал «Архивировано из первоисточника 5 августа 2012. Проверено 19 июля 2012.
  25. Новый словарь русского языка появится в 2010 году  (рус.). «Архивировано из первоисточника 5 августа 2012. Проверено 19 июля 2012.
  26. запрос: Дзэн  (рус.). «Архивировано из первоисточника 5 августа 2012. Проверено 19 июля 2012.
  27. Маслов, 2004, Глава 3. Вопросы и ответы (прим. 134)
  28. Судзуки, 1993, с. 110
  29. 1 2 Джо ди Фео, 2005, 1.3. Основные понятия. Дзен-буддизм
  30. Торчинов, 2000, с. 195—198
  31. Тит Нат Хан, 2004
  32. 1 2 Маслов, 2004, «Загадка первопатриарха Бодхидхармы»
  33. Жуковская, 1992, Буддизм во Вьетнаме
  34. 1 2 Пучков, 1997, Махаяна
  35. 1 2 Волков, 1985
  36. 1 2 3 Жуковская, 1992, Буддизм в Корее
  37. Buswell, 1992, с. 22
  38. Buswell, 1992, с. 21—22
  39. Buswell, 1992, с. 23
  40. Buswell, 1992, с. 64
  41. Buswell, 1992, с. 65
  42. Buswell, 1992, с. 68
  43. Zen Centers Kwan Um / Kwan Um School of Zen
  44. 1 2 Дюмулен, 2003, с. 148
  45. Вон Кью-Кит, 1999, с. 181
  46. Дюмулен, 2003, с. 148—149
  47. Sharf, 1995, p. 417
  48. 1 2 3 Sharf, 1995, p. 419
  49. Sharf, 1995, p. 424
  50. Sharf, 1995, p. 425
  51. 明暗寺の由来  (яп.). Symphonia Co, Ltd. — кодировка сайта «Японская Shift_JIS». Проверено 23 августа 2012.
  52. Cooke, 1974, p. 290—291
  53. Сафронова, 1989, л. 3
  54. 1 2 3 Сафронова, 1989, л. 4
  55. 1 2 3 Сафронова, 1989, л. 5
  56. 1 2 3 4 5 6 Сафронова, 1989, л. 6
  57. 1 2 Сафронова, 1989, л. 7
  58. 1 2 3 Сафронова, 1989, л. 8
  59. Только не знаю: Учебные письма Дзен Мастера Сунг Сана). — Primary Point Press, 1982. — ISBN 0-942795-03-2.
  60. Seung Sahn, 1992, Preface
  61. Померанц, 2006, с. 167
  62. Merton, 1968
  63. Глава IV Восточная медитация наступает на христианство (2. «Христианский дзен») // Православие и религия будущего. — Русский паломник, 2010. — 368 с. — ISBN 978-5-98644-017-0
  64. 3. Дзен-буддизм // Грех и покаяние последних времен. О тайных недугах души. — Издательство Сретенского монастыря, 2010. — 560 с. — ISBN 978-5-7533-0425-4
  65. Архиепископ Иоанн. Христианство — дзен. — М.: Новая Святая Русь, 1997.
  66. Letter to the bishops of the Catholic church on some aspects of christian meditation  (англ.). The Holy See. — V. Questions Of Method: 16. Проверено 22 августа 2012.
  67. Гремучая смесь христианства и буддизма  (рус.). «Архивировано из первоисточника 21 августа 2012. Проверено 20 августа 2012.
  68. Кривых, 2010, с. 96
  69. 1 2 Koné, 2001, p. 146
  70. Koné, 2001, p. 140
  71. 1 2 Судзуки, 1993, с. 27
  72. Судзуки, 1993, с. 33
  73. 1 2 Козловский, 2009, л. 62
  74. ↑ Яды ума / buddhism.ru
  75. Жуковская, 1992, Десять деяний
  76. Судзуки, 1993, с. 210
  77. Уотс, 1993, с. 106
  78. Кинг, 1999, «Даосское начало в дзэн»
  79. Дюмулен, 2003, с. 102
  80. Вон Кью-Кит, 1999, с. 11
  81. Судзуки, 1993, с. 98
  82. Вон Кью-Кит, 1999, с. 141
  83. 1 2 3 4 Дюмулен, 2003, с. 171
  84. 1 2 Козловский, 2009, л. 59
  85. 1 2 Козловский, 2009, л. 61
  86. Померанц, 2006, с. 150—151
  87. Судзуки, 1993, с. 31
  88. Судзуки, 1993, с. 29
  89. Судзуки, 1993, с. 28
  90. Судзуки, 1993, с. 87—88
  91. Судзуки, 1993, с. 459—460
  92. Дюмулен, 2003, с. 307
  93. Nagatomo, 2010 Ed, 5. An Experiential Meaning of Not-Two; 7. Returning to the Everyday “life-world”: Not One
  94. 1 2 Померанц, 2006, с. 149
  95. Судзуки, 1993, с. 223—224
  96. Уотс, 1993, с. 244
  97. Судзуки, 1997, с. 96
  98. Чебунин, 2009, «Будда и основные концептуальные понятия в китайском буддизме»
  99. Титаренко, 1994, Бодхидхарма
  100. Судзуки, 1993, с. 35
  101. 1 2 3 Торчинов, 2007
  102. Померанц, 2006, с. 148
  103. 1 2 Судзуки, 1993, с. 25
  104. 1 2 3 Торчинов, 2002, с. 57
  105. 1 2 Дюмулен, 2003, с. 288
  106. Дюмулен, 2003, с. 289
  107. Дюмулен, 2003, с. 313
  108. Торчинов, 2000, с. 67—69
  109. Дюмулен, 2003, с. 40—51
  110. 1 2 3 Судзуки, 2005, с. 31
  111. Судзуки, 2005, с. 40
  112. Никольский, 2005, с. 177
  113. Уотс, 1993, с. 126—127
  114. Nagatomo, 2010 Ed, 3. Zen as Anti-Philosophy
  115. Судзуки, 1993, с. 24
  116. Хамфриз, 2002, с. 256
  117. Маслов, 2008, «Странный человек, что пришел с Запада»
  118. Судзуки, 1993, с. 189
  119. Маслов, 2004, «Наставники Ланкаватары»
  120. Дюмулен, 2003, с. 280
  121. 1 2 3 Сафронова, 1980, л. 1
  122. Сафронова, 1980, л. 6
  123. Сафронова, 1980, л. 4
  124. Сафронова, 1980, л. 2
  125. Козловский, 2009, л. 64
  126. Сибаяма, 2003, с. 15
  127. Встреча с Чонг Ан Сэнимом, 2000 год. Дзэн-центр «Дэ Хва Сон Вон». Архивировано из первоисточника 23 июня 2012. Проверено 11 мая 2012.
  128. Уотс, 1993, с. 24
  129. Судзуки, 1993, с. 26
  130. Merton, 1968, p. 3
  131. Судзуки, 1993, с. 288
  132. Судзуки, 1993, с. 72—73
  133. Seung Sahn, 1992, коан №266
  134. Самохвалова, 2001, с. 93
  135. Самохвалова, 2001, с. 94
  136. Самохвалова, 2001, с. 95
  137. Дюмулен, 1994, с. 44
  138. Сибаяма, 2003, с. 193
  139. 1 2 Дюмулен, 2003, с. 137—138
  140. Судзуки, 1993, с. 193
  141. Дюмулен, 2003, с. 109
  142. Судзуки, 1993, с. 154
  143. Тит Нат Хан, 2005, Глава 1-2
  144. Судзуки, 1993, с. 250—251
  145. Вон Кью-Кит, 1999, с. 180
  146. Судзуки, 1993, с. 401
  147. 1 2 3 Абаев, 1983, Глава 4
  148. Судзуки, 1993, с. 22
  149. Sitting  (англ.). Kwan Um School of Zen. Архивировано из первоисточника 23 июня 2012. Проверено 12 мая 2012.
  150. Дюмулен, 2003, с. 177
  151. Уотс, 1993, с. 94
  152. Уотс, 1993, с. 207
  153. Хамфриз, 2002, с. 176
  154. Meditation practices for health: state of the research // Evidence Report/Technology Assessment / University of Alberta Evidence-based Practice Center Edmonton. — 2007. — № 155. — С. 127–128.
  155. Майданов, 2008, с. 339
  156. Титаренко, 1994, Гунъань
  157. Судзуки, 1993, с. 287
  158. Самохвалова, 2001, с. 99
  159. Маслов, 2008, «Улыбка через века»
  160. Вон Кью-Кит, 1999, с. 222—223
  161. Кинг, 1999, «Дзэн и современные боевые искусства»
  162. Судзуки, 1993, с. 456
  163. Судзуки, 1993, с. 420—422
  164. Кинг, 1999, «Боевые искусства или смертельный поединок?»
  165. Кинг, 1999, «Бусидо: ценности самурая»
  166. Кинг, 1999, «Самоконтроль и духовная дисциплина»
  167. Дюмулен, 2003, с. 242
  168. Вон Кью-Кит, 1999, с. 222
  169. 1 2 Абаев, 1983, Глава 3
  170. Сумашествие на 100% / Сайт дзэн-центра «Дэ Хва Сон Вон»
  171. Жуковская, 1992, Сатори
  172. Торчинов, 2002, с. 56
  173. Судзуки, 1993, с. 160—161
  174. Хамфриз, 2002, с. 179
  175. Уолтер Мартин. Глава 9. Дзен-буддизм // Царство культов. — Логос, 1992. — 352 с. — ISBN 5-85121-002-8.
  176. О дзен-буддизме // Церковь и мир на пороге Апокалипсиса. — Москва, 1999 г. — ISBN 978-5-7789-0059-7
  177. Капло, 2001, «Убийство китов и японский буддизм»
  178. Дзадзэн или путь к счастью / Антайдзи
  179. Романова, 2003, с. 34
  180. Померанц, 2006, с. 166
  181. Стива Джобса похоронят по буддистскому обряду. «Комсомольская правда» (7 октября 2011)
  182. 1 2 Торчинов, 2000, с. 202
  183. Джо ди Фео, 2005, 2.3 Фромм, Хорни и дзен-буддизм на Западе
  184. 1 2 Джо ди Фео, 2005, 2.4 Другие психотерапевты и дзен-буддизм
  185. Джо ди Фео, 2005, 2.2 Юнг и дзен-буддизм
  186. Энрайт Дж. От сознавания к просветлению // Гештальт ведущий к просветлению. — Апрель пресс; Эксмо, 2002. — 304 с. — ISBN 5-699-01197-8
  187. Cooper, 2010, p. 992
  188. Дюмулен, 2003, с. 38
  189. Дюмулен, 2003, с. 299

Литература

Научная литература

  • Абаев Н. В. Чань-буддизм и культура психической деятельности в средневековом Китае. — Наука, 1983. — 128 с.
  • Абаева Л. Л., Андросов В. П., Бакаева Э. П. и др. Буддизм: Словарь / Под общ. ред. Н. Л. Жуковской, А. Н. Игнатовича, В. И. Корнева. — М.: Республика, 1992. — 288 с. — ISBN 5-250-01657-X
  • Волков С. В. Основные направления корейского буддизма // Ранняя история буддизма в Корее (сангха и государство) / Ответственный редактор М. Н. Пак. — М.: Наука, 1985. — 152 с.
  • Гарри И. Е. Дзэн-буддийское миросозерцание Эйхэй Догэна. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2003; ISBN 5-02-018316-4, ISBN 978-5-02-018316-2
  • Джо ди Фео Дзен-психоанализ // Чудо осознанности. Дзен-психоанализ. В этой жизни! — Нирвана, 2005. — 320 с. — ISBN 5-94726-045-X
  • Долин А. А. Дзэн-буддизм — искусство жизни // Азия и Африка сегодня. — 1991. — № 1. — С. 58—59.
  • Дюмулен Г. История дзэн-буддизма. — М.: ЗАО Центрполиграф, 2003. — 317 с. — ISBN 5-9524-0208-9
  • Дюмулен Г. История дзэн-буддизма. Индия и Китай. — СПб.: ОРИС, 1994. — 336 с. — ISBN 5-88436-026-6
  • Кинг У. Л. Дзен и путь меча: опыт постижения психологии самурая. — СПб: Евразия, 1999. — 320 с. — ISBN 5-8071-0017-4
  • Козловский И. А. IV. Дзэн // Избранные лекции по теории и практике религиозного мистицизма. — Т1. Буддизм. Христианство. — Донецк: Норд-Пресс, 2009. — 322 с. — ISBN 978-966-380-343-2
  • Кривых И. Е. Мистическая трансформация сознания в дзэн и Библии // 2071-5358.
  • Майданов А. С. Коаны: стиль и смысл // Противоположности и парадоксы. М., 2008
  • Майданов А. С. Коаны чань-буддизма как парадоксы // Противоположности и парадоксы (Методологический анализ) / под ред. И. Герасимовой. — М.: Канон+ РООИ Реабилитация, 2008. — С. 318—353. — 432 с. — ISBN 978-5-88373-116-6
  • Маслов А. И. Афоризмы и тайные речения Бодхидхармы. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2008. — 258 с. — (Китайская коллекция). — ISBN 978-5-222-13801-4
  • Маслов А. А. Классические тексты дзэн. — Ростов-на-Дону: Феникс, 2004. — 480 с. — ISBN 5-222-05192-7
  • Никольский В. С. Основы религиоведения: Учебное пособие. — М.: Издательство МГИУ, 2005. — 356 с. — ISBN 5276010234, ISBN 978-5-276-01023-6
  • Померанц Г. С. Дзэн // Большая советская энциклопедия: В 30 т. / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1972. — Т. 8.
  • Померанц Г. С, Миркина З. А. Набирать снег серебряным кувшином (дзэн-буддизм) // Великие религии мира / Науч. ред. тома Е. А. Жукова. — М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2006. — С. 144—167. — 256 с. — ISBN 5-9248-0103-9
  • Пучков П. И., Казьмина О. Е. Глава III. Буддизм // Религии современного мира. — М.: Издательство Московского университета, 1997. — 286 с. — ISBN 978-5-211-05892-7
  • Романова Е. Г., Севастеев Е. В. К проблеме личности в дзэн-буддизме // 2072-8662.
  • Самойлова Г. М. Русская литература и дзэн-буддизм // Вестник Курганского государственного университета. Серия: Гуманитарные науки. — Курганский государственный университет, 2007. — № 10. — С. 93—96.
  • Самохвалова В. И. Психотренинг в дзэнских искусствах как отражение космологии дзэн // Ориентиры. Метафизические исследования человека и мира / Отв. ред. Т. Б. Любимова. — М.: ИФ РАН, 2001. — № 1. — С. 84—104.
  • Сафронова Е. С. Дзэнский смех как отражение архаического земледельческого праздника // Символика культов и ритуалов народов зарубежной Азии. — М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1980. — С. 68—78.
  • Сафронова Е. С. Основные направления распространения дзэн-буддизма в странах Запада // Вопросы научного атеизма: Мистицизм: проблемы анализа и критики / Под ред. В. И. Гараджа. — М.: Мысль, 1989. — № 38. — С. 147—166.
  • Судзуки Д. Т. Антология дзэн-буддийских текстов. — СПб.: Наука, 2005. — 275 с. — ISBN 5-02-026235-8
  • Судзуки Д. Т., Кацуки С. Дзэн-Буддизм: Основы Дзэн-Буддизма. Практика Дзэн. — Бишкек: МП «Одиссей», 1993. — 672 с. — (Библиотека Восточной религиозно-мистической философии). — ISBN 5-89750-046-0
  • Титаренко М. Л., Абаев Н. В., Институт Дальнего Востока РАН Китайская философия. Энциклопедический словарь / ред. Титаренко М.Л.. — М.: Мысль, 1994. — 573 с. — ISBN 5-244-00757-2
  • Торчинов Е.А. Буддизм: Карманный словарь. — СПб.: Амфора, 2002. — 187 с. — ISBN 5-94278-286-5
  • Торчинов Е.А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. — 304 с. — ISBN 5-93597-019-8
  • Торчинов Е. А. Глава 3. Расцвет психотехники в буддизме. Школы дальневосточной буддийской традиции // Религии мира: опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. — Азбука-Классика, 2007. — 544 с. — ISBN 978-5-352-02117-0
  • Уотс А. Путь дзэн. — Киев: София, 1993. — 320 с. — ISBN 5-7101-0004-8
  • Фромм Э., Судзуки Д. Т., Р. де Мартино Дайзетцу Судзуки. Лекции о дзен-буддизме // Дзен-буддизм и психоанализ / Ред. О. Ю. Бойцова. — М.: Весь Мир, 1997. — 240 с. — (Библиотека психоанализа). — ISBN 5-7777-0023-3
  • Хамфриз К. Дзэн-буддизм. — М.: ФАИР-ПРЕСС, 2002. — 320 с. — ISBN 5-8183-0505-8
  • Чебунин А. В. История проникновения и становления буддизма в Китае: [монография]. — Улан-Удэ: Изд.-полигр. комплекс ФГОУ ВПО ВСГАКИ, 2009. — 278 с. — ISBN 978-5-89610-144-4
  • Bodiford W. M. Zen (англ.) // Encyclopædia Britannica Online. — Encyclopædia Britannica Inc, 2012-04-17.  (Проверено 18 апреля 2012)
  • Buswell, Robert. The Zen Monastic Experience: Buddhist practice in contemporary Korea. — New Jersey: Princeton University Press, 1992. — 288 с. — ISBN 0-691-03477-X
  • Cooke G. Traditional Buddhist Sects and Modernization in Japan // Japanese Journal of Religious Studies. — The Nanzan Institute for Religion and Culture, 1974. — № 1/4. — С. 267—330. — 0304-1042.
  • Cooper Paul C. Zen // Encyclopedia of Psychology and Religion. — Springer Science+Business Media LLC, 2010. — С. 991—993. — 997 с. — ISBN 978-0-387-71801-9
  • Hyers M.C. Zen and the Comic Spirit. L. , 1974.
  • Koné, Alioune Zen In Europe: A Survey of the Territory // Journal of Global Buddhism. — 2001. — Vol. 2. — С. 139—161. — 1527-6457.
  • Nagatomo, Shigenori Japanese Zen Buddhist Philosophy // Стэнфордская философская энциклопедия / Edward N. Zalta (ed.). — 2010 Ed.
  • Sharf R. H. Sanbõkyõdan. Zen and the Way of the New Religions // Japanese Journal of Religious Studies. — 1995. — № 22/3—4. — С. 417—458.

Литература дзэн

  • Вон Кью-Кит. Энциклопедия дзэн. — М.: ФАИР-ПРЕСС, 1999. — 400 с. — ISBN 5-8183-0023-4
  • Капло, Филип Беречь всё живое. Буддизм и вегетарианство. — Карма Йеше Палдрон, 2001. — 108 с. — ISBN 0-940306-00-Х
  • Сибаяма Д. Цветок безмолвствует. Очерки дзэн. — СПб.: Наука, 2003. — 240 с. — ISBN 5-02-026856-9
  • Тит Нат Хан. Глава 2. Чашка чая // Ключи дзен. Преображение и целительство. — Нирвана, 2004. — 256 с. — ISBN 5-94726-035-5
  • Тит Нат Хан, Джо ди Фео, У Ба Кхин. Чудо осознанности // Чудо осознанности. Дзен-психоанализ. В этой жизни! — Нирвана, 2005. — 320 с. — ISBN 5-94726-045-X
  • Merton T. Zen and the Birds of Appetite. — New Directions Publishing, 1968. — 141 с. — ISBN 081120104X, ISBN 978-0-8112-0104-9
  • Seung Sahn. The Whole World Is a Single Flower: 365 Kong-Ans for Everyday Life. — C.E. Tuttle Co, 1992. — 244 с. — ISBN 9780804817820

Ссылки

  • One Drop Group Russia. Сайт российских учеников Сёдо Харада Роси (Риндзай-дзэн)
  • Антайдзи. Сайт японского монастыря Сото-дзэн
  • Российская Сангха учеников Дзен Мастера Сандо-Кайсена (европейский Сото-дзэн)
  • Украинская Сангха учеников Дзен Мастера Сандо-Кайсена
  • Московский храм корейского дзэн «Дальма-са»
  • Санкт-Петербургский дзэн-центр «Дэ Хва Сон Вон» школы «Кван Ум»
  • Сайт российского монаха дзэн Мьонг Гонг Сунима
  • Zen journals and academic sites


Школы чань / дзэн
 Китай  Линьцзи  Цаодун 
 Япония   Риндзай   Обаку   Фукэ   Сото 
 Корея   Орден Чоге   Кван Ум 

Дзэн.